Максим ВОРОБЬЕВ: «Если бизнес становится непривлекательным для инвесторов, в конечном счете страдают люди»

«Карельский окатыш», последнее время стал притчей во языцех. Информация, причем не самого добросовестного свойства, валится со всех сторон. «Они увели налоги из Карелии!». «Они не хотят платить за наши недра и землю, на которой работают!». Масла в огонь подливают местные костомукшские власти, которые решили, что самое простое решение городских проблем – «отжать» сейчас побольше от ГОКа, а дальше хоть не рассветай. Что же на самом деле происходит с комбинатом? Как ему удается жить и выживать в нынешней ситуации, когда экономика региона в целом дышит на ладан? Об этом расcказывает генеральный директор ОАО «Карельский окатыш» Максим Воробьев.

 — Максим Александрович, какова сегодня, по Вашему мнению, ситуация в черной металлургии в целом?

— В отрасли ситуация складывается непростая. Недавно Алексей Александрович Мордашов, выступая на канале «Россия 24» подтвердил это. Сейчас уже более 50% мощностей нашей отрасли в мире не  генерируют положительный денежный поток. То есть вся металлургия – не только в России, но и в мире – находится в кризисе.

Если говорить о «Северстали» в целом, то на сегодня положение ее в отрасли среди российских конкурентов непростое, но и не самое худшее. Финансовые результаты в третьем квартале этого года достаточно сильные, немного лучше, чем у конкурентов, и это – показатель того, что программы, направленные на снижение затрат, которые идут последние несколько лет, уже дают эффект в целом по компании.

 — Как на этом фоне выглядит «Карельский окатыш»?

— Для нас, как для всякого сырьевого предприятия, главную проблему создает снижение цен на нашу продукцию. Что мы и наблюдаем. Если в начале года был даже некий рост цен, то сейчас — далеко не подъем, а прогноз следующего года – снижение на 12-15 процентов.

 — И как тогда жить в такой ситуации?

— Уже много раз об этом говорил: единственный для нас выход – это быть более эффективными по удельным затратам в сравнении со всеми конкурентами. Что для этого делается? На «Карельском окатыше» реализуется программа «Идеальное предприятие». Цель этой программы – выйти по затратам (в ценах 2012 года) на уровень, сопоставимый с основными конкурентами, такими, как Лебединский и Михайловский ГОКи. Программа  долгосрочная, рассчитана почти на три года. Часть ее уже реализована, и следующий бизнес-план формируется уже с учетом этой программы. Разрабатываются мероприятия по влиянию на все статьи бюджета, ищем рычаги, которые позволят снизить удельные расходы материалов, затраты на ремонты. Снижаем остатки продукции на складах, которые замораживают наши свободные деньги. Особое внимание  снижению административных издержек, оптимизации численности.

Вместе с тем надо сказать, что дальнейшие наши действия – это, конечно, CAPEX-программа*, то есть очень серьезные инвестиционные вложения. Скажем, только в рамках программы «Идеальное предприятие» в энергоэффективность и в снижение расхода материалов мы собираемся инвестировать почти полтора миллиардов рублей. Это очень серьезные вложения.

— Что включает в себя программа повышения энергоэффективности?

— В первую очередь это проекты по компенсации реактивной мощности, строительство мини-котельных в отдаленных местах, использование вторичного тепла обжиговых машин, организация внутреннего водооборота, оптимизация работы фабрики обогащения.

Смысл всех этих проектов – снизить наши затраты на энергоносители, сделать более эффективными и оптимальными ремонты, плюс к этому организационная структура и численность персонала нашей компании должна соответствовать лучшим мировым аналогам.

 — Получается?

— Да, получается. Добавлю, что еще одно очень важное направление – применение компьютерных моделей при горном планировании. Это уже начало давать эффект.

 — 2013-й год еще и не закончился, но все же, можно как-то оценить, каким он был для комбината?

— Очень непростой год, поскольку производственная программа по сравнению с прошлым годом была увеличена — 10 миллионов 500 тысяч тонн в 2013-м году против 10 миллионов 300 тысяч в году 2012-м. Но при этом мы одновременно реализуем серьезный проект по замене дробилок на дробильно-обогатительной фабрике. То есть, весь год мы работали в условиях  серьезного ограничения времени на проведение реконструкции. Здесь важную роль сыграла слаженная работа коллективов фабрик, рудоуправления, железнодорожников, горно-транспортного комплекса в целом. Такого раньше никогда не делали. Три дробилки уже поменяли, это очень полезный опыт для всех, люди очень многому научились. Более того, проявились таланты, яркие личности, у которых, не сомневаюсь, будет большое будущее на комбинате.

С августа, в рамках оптимизации горной программы,  мы снизили коэффициент вскрыши. Это очень непростой вопрос, потому что нам пришлось останавливать технику и уменьшать численность персонала.

Практически ведь год был посвящен подготовке к реализации проекта раздельного обогащения. Идея родилась в начале года. Суть её – получение более качественного продукта с точки зрения содержания железа при раздельной переработке руд Корпангского  и Костомукшского  месторождения. У нас дважды проходили промышленные испытания, они подтвердили, что технологически мы к этому готовы. Сейчас расширяем склад готовой продукции, строим мобильный комплекс, который позволит обеспечить отгрузку продукции с различным содержанием железа по разным направлениям.

Строятся дополнительные перегрузочные станции, склады, будет приобретен дополнительный электровоз, думпкары…

 — Судя по всему, комбинат работает успешно. И в этом смысле вполне можно понять местные власти, которые хотят возложить на «Карельский окатыш» дополнительные фнансовые обременения. Например, увеличить ставки арендной платы за землю, не особо напрягаться с погашением задолженности за поставленное тепло, и тому подобное. Если эта тенденция сохранится и усилится, существуют ли  риски для ГОКа?

— Если Вы хотите узнать мое личное мнение, то я категорически не согласен с подобными действиями. Это попытка решить краткосрочные задачи, залатать дыры, но никто не думает о будущем. Успех комбината связан в первую очередь с работой большого коллектива людей, нацеленных на выполнение задач, позволяющих предприятию быть успешным. И если быть объективным, то не такие уж мы суперуспешные по сравнению с конкурентами. Вскрыша у нас больше, руда беднее, чем у других. Это не жалобы, это реальность, и все об этом прекрасно знают. Именно поэтому мы из года в год готовим и реализуем программы, направленные на то, чтобы «Карельский окатыш» жил и развивался.

Наверное, у кого-то это вызывает горячее желание что-то «откусить». То, что сейчас происходит вокруг ставок на аренду земли, по моему мнению – противозаконно. Есть федеральный закон, он определяет ставки аренды, и мы платим все, что положено. С попытками изменить эти ставки мы не согласны категорически, сейчас идут суды.

 — Ну а если предположить, чисто гипотетически, что ставки аренды все-таки увеличатся?

— Наше месторождение очень неоднородное. И в этом случае ряд наших участков и направлений горных работ станут просто нерентабельными. Мы их закроем. В свою очередь это приведет к снижению объемов производства, предприятие станет непривлекательным для инвестиций. Сейчас нам удается показать акционерам свою эффективность, в нас вкладывают деньги, и это – показатель развития. За последние пять-шесть лет в «Карельский окатыш» вложены такие инвестиции, которых никогда не было ни на одном подобном российском предприятии.

Если же в нас перестанут вкладываться, мы станем предприятием умирающим. Вам привести примеры, что происходит с умирающими предприятиями в Республике Карелия? Если предприятие как бизнес станет непривлекательным для инвесторов — пострадают люди. Наши работники, их семьи.

Ну и еще могу добавить: снижение объемов горных работ приведет в конечном итоге к уменьшению всего цикла деятельности по месторождению. То есть мы не до 45-го года будем работать, а лет на 15 меньше. А это уже будущее всего города. Предприятие, работая и увеличивая свой жизненный цикл, увеличивает жизненный цикл города. И, по моему мнению,  задача местной власти – поддерживать этот цикл и использовать время максимально эффективно, создавая условия для возникновения на территории других бизнесов. А то, что делается сейчас – крайне недальновидно.

 — Часто можно слышать и читать, особенно в Петрозаводске: «Карельский окатыш» ушел из Карелии. И возмущение: наши недра вычерпывает, а денег не платит. Речь, само собой, об изменении системы налогообложения после создания консолидированной группы налогоплательщиков. Все-таки, даёт что-то ГОК сегодня Карелии в целом и Костомукше в частности?

— Для меня важно не то, что о нас говорят, а результат, которого мы достигнем. Вот это доставляет мне радость, если всё получилось,  или огорчение, если что-то пошло на предприятии не так.

Что касается Костомукши и Карелии. «Карельский окатыш», по сути, единственное крупное предприятие в Карелии, которое сегодня работает! Ушел он в КГН, не ушел: это манипуляция общественным сознанием, поскольку есть Закон Российской Федерации. И обсуждать это надо не здесь, а на уровне федерации. А вставлять палки в колеса и не давать работать единственному действующему предприятию – просто не логично.

И потом, даже в рамках КГН мы остались одним из крупнейших налогоплательщиков в Карелии. Налог на прибыль, который «ушел» в КГН, зависит во многом от цены на окатыши. Его может и вообще не быть, если цены резко упадут. Но по всем остальным статьям мы постоянные, добросовестные и крупнейшие налогоплательщики в региональный и местный бюджеты.

И потом, все почему-то забывают при подобных разговорах про то, что на «Карельском окатыше» самые высокие зарплаты в регионе и более пяти тысяч рабочих мест, которые обеспечивает сам комбинат и его подрядчики. Если сравнить уровень и качество жизни в Костомукше с другими моногородами Карелии… Стоит продолжать?

 — Пять тысяч рабочих мест, но при этом постоянно обсуждается тема снижения численности на предприятии. Понятно, что эти процессы связаны с модернизацией производства, повышением эффективности. Но ведь за каждым сокращением – живые люди и их семьи…

Страшилки возникают каждый год, называются какие-то цифры... Никаких массовых сокращений, у нас идет планомерная работа по оптимизации наших структур, и мы этого не скрываем. Численность будет снижаться и дальше.

Сокращение – это когда закрываются целые подразделения. У нас идет снижение численности, и я на этой формулировке настаиваю. В большей степени здесь административный персонал и сервисные подразделения.

Знаете, я бы с радостью сообщил всем: снижения численности больше не будет, переводов на подряд – тоже. И был бы, наверное, для всех  герой. Но когда через год остановится производство по причине непомерных затрат, виноват будет тот, кто не сделал всё необходимое для того, чтобы предприятие работало. А мы делали, делаем и будем делать все, чтобы предприятие работало и процветало.

*CAPEX  (CAPital EXpenditure, англ.) – капитальные расходы предприятий

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Проверка орфографии на сайте.

13 комм.

  • Морда 18 / 12 / 2013 Reply

    Цифры пожалуйста. Сколько чистая прибыль? Сколько фонд оплаты труда? Сколько инвестиции? Сколько за аренду хотят? А то как всегда все плохо завтра закроемся. Читаешь бух отчетность а там десятки миллиардов чистая прибыль.

    • Костян 18 / 12 / 2013 Reply

      Эка, Морда ты какой-то непросвещенный. Почитай-ка учебник по экономике. И Капитал Карла Маркса. Там тебе толково разъяснят чья прибыль и почему по другому быть не может. И уж точно прибыль не твоя.

  • Семеныч 18 / 12 / 2013 Reply

    Морда, откуда у тебя бухотчетность КО и Северстали? Не боишься, что тебя как носителя коммерческой тайны подкараулят в темном дворе? Откуда могут быть цифры прибыли этого года, если это ОЧЕНЬ закрытая информация? Или ты Худилайнена слушаешь? Ну-ну, флаг в руки...

    • Морда 18 / 12 / 2013 Reply

      www.kostomuksha.ru/rus/di...orts/index.phtml

      Ознакомьтесь молодой человек. Семеныч свое невежество показывайте в другом месте. Тут это неуместно.

  • Анонимус 18 / 12 / 2013 Reply

    Коммерческая тайна? Этож ОАО публичная компания. О чем вы?

  • caterpillar 19 / 12 / 2013 Reply

    Бла-бла-бла и не о чем.

    • Самосвал 19 / 12 / 2013 Reply

      Воробьев и Воеводин лечат нас.

    • Колян 19 / 12 / 2013 Reply

      Caterpilllar, разумеющий да поймет. Видно до тебя не все дошло. Нормальный разговор, Воробьев сказал что есть на самом деле. А ты что хотел бы услышать? Про манну небесную? Се ля ви

      • Петя 19 / 12 / 2013

        Так и сказал. Я наемный менеджер. Моя задача выполнять приказы Мордашева. Скажет буду делать. Не скажет не буду. Зарабатывает ГОК миллиарды. Мне платят миллионы. Все счастливы. Рабы работают. Не нравится пошли в ж...

      • caterpillar 22 / 12 / 2013

        Воробей чирикает , а караван идет.

  • Горожанка 20 / 12 / 2013 Reply

    Есть такая музыкальная сказка: «Петя и волк». Сегодня Петя вырос. Был наивным советским мальчиком — стал комплексующим невротиком. А волк — это, судя по всему, комбинат. Страшно, аж жуть!

  • Специально для Пети 22 / 12 / 2013 Reply

    Петя, открою тебе страшную тайну: во всем мире есть наемные работники и работодатели. И все как-то с этим живут. Многие даже процветают. И даже в СССР все советские люди были наемными работниками у партийной номенклатуры. Тут находится Петя и говорит что это несправедливо. А что Петя предложит? Или просто бла-бла? Задолбали уже бла-блальщики. Хочешь быть хозяином — заведи себе дело. Не можешь — нанимайся на работу и честно работай. Работать у нас не стыдно. А вот заниматься пустобрехством постыдился бы...

  • Victor Valtasalmi 26 / 12 / 2013 Reply

Добавить комментарий

*

code